Курс по восстановлению здоровья позвоночника и суставов за 6 недель - без хирургов и фармацевтов, без скальпелей и уколов.

МАСОНЫ ТОТАЛИТАРНАЯ СЕКТА МОШЕННИКОВ

Чего только не писали о масонах! И то, что эти злокозненные «вольные каменщики» чуть ли не главные виновники всех бед и несчастий на свете, и то, что масонские ложи являются своего рода мировым правительством. Во многом эти слухи и сплетни преувеличены. Да и сами масоны в большинстве своем мало интересуются властью как таковой. Часто их ложи — обычные тоталитарные секты, в которых масоны высоких градусов беззастенчиво выкачивают деньги из карманов своих богатых «братьев».

Говорят, что масонство в России появилось в середине XVIII века. По слухам, основателями масонства в России называют Петра I и его «душевного друга» Франца Лефорта.

Широкое распространение масонства в России началось с основания нескольких лож генералом русской службы Джеймсом Кейтом.

В 1772 году Провинциальным Великим Мастером стал канцлер Елагин, который реорганизовал существовавшие к тому времени в России ложи в единую систему. Под управлением Елагинской Великой ложи в первой половине 70-х годов XVIII века работало 14 лож.

Надо сказать, что первые русские масоны были весьма далеки от высоких и благородных целей, декларируемых многочисленными заявлениями «вольных каменщиков». Преуспели они главным образом в том, что умели, как свидетельствовал масон тех лет Елагин, «при торжественной вечере за трапезой несогласным воплем непотребные реветь песни и на счет ближнего хорошим упиваться вином». Кроме того, масонская ложа «Астрея», основанная Елагиным, занималась в основном такими «важными» с точки зрения российских «вольных каменщиков» изысками, как «разгадка символики масонских ковров», и пыталась найти «сокровенные знания» в древних масонских легендах.

Гораздо более конкретными и практичными оказались масоны из ордена Золотых Розенкрейцеров. Рулили ими немец из Трансильвании Иоганн Шварц и «примкнувший к нему» Новиков. Они сумели превратить масонскую ложу в тоталитарную секту, удивительно напоминающую нынешние «Аум Синрикё» и «Белое братство». Судите сами.

Неудовлетворенные состоянием тогдашнего русского масонства Новиков и Шварц в 1780 году учредили свою собственную масонскую ложу «Гармония».

Личности Шварца и Новикова в советские времена изображались тогдашними историками, как правило, только в светлых тонах, и доверчивому читателю оставалось только поражаться уму, благородству и энергии этих людей, так много успевших

сделать для русского просвещения.

Посмотрим, чем же занимались эти самые «просветители». «После возвращения Иоганна Шварца из-за границы, — рассказывает неизвестный автор письма о московском масонстве XVIII века, — изменился дух московского масонства. До тех пор толковали только о распространении религиозного чувства… Теперь же братьям стали назначать разные послушания: умерщвление плоти, посты, молитвы и тому подобное.

Клятвы, суеверия, чудеса вошли в ежедневный обычай. Те немногие, которые оставались еще не совращенными, были удаляемы, и их презирали. Самые нелепые сказки стали распространяться… Шварц властвовал грубо над целою массою высокоуважаемых братьев…». В ложах процветали мелочный контроль, слежка и доносительство. Каждые три месяца — подробнейший отчет обо всех делах и внутренних переживаниях. Проверялась и личная корреспонденция братьев. Ничего это не напоминает? Лидеры тоталитарных сект XX века не придумали ничего нового.

Поборы с братьев стали нормой, причем поражает цинизм Шварца, обронившего однажды по поводу очередного крупного пожертвования на масонские нужды Татищева следующую фразу: «Вот так-то следует ловить лисиц! Дурак Татищев от расточенной ему похвалы сделался совершенно ручным и дарит 18 тысяч рублей, которые нам надобны через три дня для одной расплаты».

Но 18 тысяч рублей — это так, семечки. Богатых простаков братья-масоны раскручивали и на более крупные суммы. Взять, к примеру, некоего Походяшина, наследника богатого уральского горнозаводчика. Розенкрейцеры выманили у него фантастическую по тем временам сумму — около полумиллиона рублей.

«Походяшин, — показывал на допросе приказчик Новикова купец 2-й гильдии Никита Никифоров, — побужден употреблять на все свое имение, яко он находится в числе их братства и теперь живет в Москве. Его члены сей шайки не выпускают почти из виду и обирают, сколько возможность позволяет».

Из финансовой удавки, устроенной ему Новиковым, Походяшин так никогда и не выбрался. Разорившись вчистую, он умер в 1820 году в полной нищете, всеми забытый. Но обиды на братьев он не таил и до конца дней своих продолжал боготворить Новикова. С его именем на устах он и умер под портретом своего «благодетеля», который всегда висел над его кроватью.

Но Походяшин и Татищев — это самые крупные, но далеко не единственные жертвы московских масонов. Наряду с ними Ростопчин называет и другие фамилии: «Двое князей Трубецких, Щепотьев, Плещеев». Сделавшись жертвами своего легковерия, они, по его словам, потеряли огромные состояния и горько раскаивались впоследствии в сделанных глупостях. Как и многие другие дворяне.

В конце концов Новиков угодил туда, куда ему и было положено — под суд, а потом — в Петропавловскую крепость. А 1 августа 1822 года масонские ложи в России были официально закрыты высочайшим рескриптом императора Александра I.